Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Это я

Байки из прошлого

                                      Кирпич


      Эта картинка из цикла солдатской шутки юмора вызвала у меня ассоциативный рядсобытий зимы 1963 года.
      Как всегда, в предверии нашего большого праздника - Дня Советской Армии и Военно Морского Флота, в те годы действительно большрго для армейцев праздника, так как в отличии от всего народа у нас был праздничный день, омрачаемый только торжественным построением, проводился гарнизонный смотр художественной самодеятельности.кирпич
Войсковые части по очереди на сцене Гарнизонного солдатского клуба демонстрировали свои таланты. Вот пришла и наша очередь.
    Четырёхпятидесяти местный зал заполнен до предела. В партере установлены покрытые кумачём столы за которыми восседает жюри. В его составе командир части, замполит, секретарь комсомольской организации, начальник клуба части, председатель женсовета части - кто-то из жён начальников, предствитель политотдела и представители, так сказать, солдатской общественоости - кто-то из солдат и сержантов. Во главе жюри, как всегда, не знаю почему, на мой взгляд, совершенно далёкий от искусства начальник АХО подполковник интендантской службы  Мясников. Ведёт конкурсный концерт свежеиспечённый, но уже проявивший себя активностью, лейтенант Иван Рожков.
         Иван выходит на сцену и объявляет: - Выступает инструментальный оркестр первой роты в составе...По мере объявления  музыканты выходят по очереди из-за кулис  со своими инструментами в руках. Первым, конечно, весь увешанный своими прибамбасами ударник. Наконец, Иван объявляет последнего участника оркестра: - Мальчик с балалаечкой рядовой Шунин! Из-за кулис с невозмутимым лицом выплывает маленький солдатик  с треугольным контрабасом вдвое выше его ростом. Солдаты в зале вскакивают с аплодисментами! Члены жюри качают головами сдерживая улыбки. Не понятно, то ли одобряя шутку, то ли осуждая её. Иван продолжил: - Инструментальная композиция Джонни Грина "Солнце зашло за угол"!  Зал взревел! Члены жюри схватились за головы, но на этот раз усидели на своих стульях.

         Иван продолжал объявлять номера: - Шуточная компазиция "Кирпич" в сполнении коллектива второй роты.... Поднимается занавес. На сцене горка из нескольких десятков кирпичей. К кирпичам два солдата подвозят тачку и начинают их на неё укладывать. Терпение зала , наблюдающего эту унылую трудовую картину, на исходе. Звучат язвительные советы, робкий свист и редкие хлопки в ладоши. Наконец на полу остался послекдний кирпич. Но он никак не хочет ложиться на тачку. После нескольких попыток его уложить, не справившийся с кирпичом солдат, махает с огорчением рукой и, широко размахнувшись, бросает его в зал. Кирпич плавно описав крутую траекторию планирует на место председателя жюри. Грузный Жора Мясников в мгновение оказывается под столом, который двинулся в направлении от сцены, поднятый спиной подполковника. Некоторые члены жюри последовали примеру своего руководителя.Секунда - и кирпич мягко приземлился на место, предназначенное председателю, несколько раз подпрыгнул и замер. Мёртвая тишина, сопровождавшая полёт кирпича, взорвалась восторгом!
        Подполковник Мясников, что-то нечленораздельно бормоча, вылез из под стола, отряхнул колени и, с обидой взглянув в сторону сцены, направился к выходу из зала. За ним поспешил командир части майор Юрьев.  Замполит майор Василий Иванович Карелкин посмотрел им во след и подумав, сделал отмашку: - Продолжаем!
        Результаты смотра были неожиданными. В итоговом приказе начальника Полигона, подготовленном политотделом, были особо отмечены те намера, которые вызывали наши опасения: "Солнце зашло за угол" и "Кирпич". Надо помнить, что этот конкурс  проводился в период хрущёвской оттепели и самые дремучие ретрограды опасались принимать не популярные решения.
 
Это я

"Мурка" в исполнении симфонического оркестра

                                                                  Чернобыльский вариант    

        Хорошо иметь друзей! marina_ogor в "Мурка" в исполнении симфонического оркестра напомнила мне историйку из давно ушедших времён участия в ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС.

        В конце зимы 1987 года к нас в Чернобыле посетил какой-то девичий вокально-инструментальный ансамбль. Типа "Комбинация". Зал Дома культуры был переполнен. Бравые ликвидаторы яростно аплодировали каждому выступлению, достойно оценивая в большей мере ножки и слегка прикрытые остальные члены музыкантов, чем их вокал. Я сидел в первом ряду. Это место из уважения мне занял Валентин Куклев, мой приятель ещё по Полигону со времён знаменитого ядерного взрыва "Чаган". Не того"Чаган", который не обладая фантазией повторно присвоили калибровочному взрыву проведенному с американцами в 1987 году, а того, который 22 года до этого образовал пресловутое "Атомное озеро".  Валя Куклев  слыл записным хохмачом. Если уж ему удавалось развести особистов КГБ, добившись у руководства этого серьёзнейшего органа санкцию на покраску в зелёный цвет "Рыжего леса" в целях маскировки, то пустить подначку в сторону артистичных девушек не составляло для него труда. Я ему тихонько шепнул: - Мурку давай! Валя повторил мою просьбу хорошо поставленным голосом достаточно громко, что бы услышали исполнительницы. Они прервали свою легкомысленную песенку и, недолго посовещавшись, грянули, насколько этот глагол созвучен с звучанием девичьих голосов, знакомый жестокий романс городских окраин. Зал встал. Такой овации не слыхал даже Колонный Зал Дома Союзов во время выступления Генерального секретаря в ответ на его обещание, что нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме.
Это я

На диком бреге Иртыша

                                                                                             Коряга на память
           Прочитал у френда пост, "Что можно сделать с обычной корягой?" http://dimka-jd.livejournal.com/1882803.html. Вспомнил свою любимую корягу, которую я подобрал на диком бреге Иртыша. В сочетании с подаренной мне сотрудниками Института прикладной геофизики домброй она долгие годы была единственным украшением моего жилища. Да ещё в спальне, вместо ковра,стену  украшала маскировочная сеть, снятая с ракетной установки "Луна", перед её выдвижением на огневую позицию для запуска испытываемой ядерной головной части.
       Инициатором такого музыкального подарка был Владимир Захарович Кодельчук ( как он предупреждал при знакомстве с девушками: - Не путайте с "КоБельчук"!
       Перед дембелем я подарил корягу своему молодому другу Сане Кирюхину. Надо было при вчерашней встрече спросить Александра Фёдоровича о её дальнейшей судьбе.
       Этой фотографии уже 35 лет!
                   
                                     Моя молодая семья. Жена Ирина и дочери Оксана и Надюшка.
Пишу!

Настанет день, и с журавлиной стаей...



                                                                                                                  Памяти Эдуарда Хиля

    Утихают последние голоса, которые долгие годы исполнением любимых наших песен формировали наши души.Вечная им память!
    С творчеством Эдуарда Хиля связано несколько курьёзных случаев из моей жизни.
    В августе 1969 года после окончания учёбы в ХВВКИУ я возвращался на Полигон поездом с пересадкой в Новосибирске. В одном купе со мной ехала семья, как потом выяснилось при знакомстве, майора, начальника штаба авиационного полка дальних бомбардировщиков, базировавшегося на Чаганском аэродроме. Вообще-то земляки. Подумаешь, для казахских степей 50 километров! Это не расстояние. Если на работу приходилось ездить за 130 км., да там за день накатывать по 150.
    Виктор, имя майора, как и я ехал со свеженьким дипломом инженера по радиоэлектронике, как и я. Но получил его по соседству - в Военной академии радиоэлектроники войск ПВО. Сразу же возникли профессиональные обсуждения, вспомнили общих для наших вузов преподавателей, случаи из учёбных будней и гарнизонной жизни.
    Из его рассказов для меня было особо интересна тема несения боевого дежурства силами стратегической авиации. Он рассказал, что в его полку не только боевые машины, но и несколько самолётов высшего руководства государства. В том числе и знаменитый Ту-114, на котором Н.С.Хрущёв совершил демонстрационный перелёт в США на встречу с президентом Джоном Кенноди. Этот полёт развенчал миф о недосягаемости США нашими стратегическими средствами, веди Ту-114 был аналогом носителя ядерных боеприпасов Ту-95. Майор образно разрисовал интерьеры салонов этих машин, ванные и кинозалы. Посетовал, что вынужден держать на каждый самолёт по два полностью укомплектованных сменных экипажей, тогда, когда на боевые машины не хватает личного состава и лётчики, а особенно технический состав, вынуждены находиться в воздухе по несколько суток, совершая полёты через Северный полюс к берегам Америки.
   Сам бывший лётчик, списанный на штабную работу по состоянию здоровья, рассказал много интересного о своих встречах в воздухе с американскими лётчиками. Коллеги не только обменивались улыбками, но и подначивали друг друга по радио, делились планами на проведение отпусков, интересовались здоровьем членов семей и, что было совершенно не возможно, приглашали друг друга в гости! В общем, вели дружеские разговоры, которые на земле старались побыстрей стереть с звуковых дорожек "чёрных ящиков". Нагрузка на лётный состав была огромная. "Я, -рассказывал Виктор,- терпеть не могу табачный дым. Но когда после 18 часов без перекуров лётчики делали первые затяжки в помещении штаба, я не мог возразить!"
   Не надеясь получить ответ, я задал самый интересный для меня вопрос: имеются ли на борту при боевом патрулировании ядерное оружие. Нет, ответил майор. На такой риск не идут. При подготовке к полёту выполняются все операции  по транспортировке боевых частей из хранилищ, по стыковке и подвеске боекомплекта, но в полёт отправляется другой борт с муляжами, имеющими соответствующие весо-габаритные характеристики.
   Вы спросите: "Причём здесь Эдуард Хиль?". Причиной его незримого присутствия в купе стало возникшее неизвестно почему у жены Виктора Любы убеждение, что я являюсь её любимым певцом. Несмотря на мои разуверения и насмешки мужа, несмотря на наши профессиональные разговоры, она оставалась при своём мнении. Совершенно не понятно на чём основываясь. Я мог согласиться с похожестью, когда Рудольф Блинов называл меня Ширвинтом. Но я и Хиль? Ничего общего. Как по заказу, когда мы вышли на перрон новосибирского вокзала прервалась звучавшая из репродуктора песня "Лесорубы" и диктор сообщил, что ожидается прибытие известного певца Эдуарда Хиля на гастроли. Люба буквально запрыгала вокруг меня вместе со своей малолетней дочкой с возгласами:"Я же говорила! Я же говорила!" Успокоилась она только тогда, когда я вместе с ними взял билет до Семипалатинска в общий вагон Пятьсот-весёлого поезда. Других билетов на ближайшие сутки не было даже у военного коменданта станции.
    О втором случае мне напомнил эпизод из творчества Эдуарда Хиля, озвученный сегодня на ТВ "Россия 1". На одном из официальных банкетов Юрий Гагарин Попросил певца исполнить песню "Как хорошо быть генералом!" Когда Горовец запел, присутствующие на банкете генералы встали и вышли из зала. Разразился скандал. На защиту певца встал Гагарин, убеждавший Главное политуправление, что песня про итальянских генералов.
    Нечто подобное произошло и у нас, но с совершенно другим исходом. На банкете, посвященном присвоению начальнику 5 отдела 3 НИУ Юрию Павловичу Власенко звания полковник присутствовало трое генералов. Заместитель начальника Полигона Владимир Михайлович Барсуков, Заместитель по НИИР Борис Александрович Крыжов и начальник политотдела Михаил Иванович Жабин. Остальные гости - начальники управлений и отделов и среди них ваш автор, самый младший в звании капитан, но в то время находившийся в авторитете. Пришло время врезать песняка. Первым соло выступил генерал Жабин. Как и следует профессиональному революционеру, он задорно пропел свою любимую:"Две гитары, один бубен. Со шпаной гулять не будем! До утра под ёлками гуляем с комсомолками!" Эту частушку знали, наверное, все офицеры Полигона. Михаил Иванович часто неожиданно вливался в компании рыбаков на берегу Иртыша и его присутствие завершалось этим исполнением. Насколько возможно стройно присутствующие спели хором "Работа наша такая, забота наша простая..." и еще несколько подобных песен. И вот, кто-то за столом, по-моему будущий зам по науке Михаил Лифантьевич Шмаков предложил:"Давайте попросим присутствующих здесь генералов исполнить песню Эдуарда Хиля "Как хорошо быть генералом!"" Все горячо поддержали. Запевалой выступил Борис Александрович. Он вообще имел творческую натуру. Писал стихи и песни. Одна из них стала гимном полигона и навеки вошла в юбилейный фильм. Исполнение генеральского трио и примкнувшего к ним будущего генерала Шмакова произвело незабываемое впечатление!
   А Эдуард Хиль притом, что его песни "Лесорубы" и "Лунный камень" Аркадия Островского, "Песня о друге", "Голубые города" и "А люди уходят в море" Андрея Петрова постоянно были на устах ребят моего поколения. И у генералов тоже!
Это я

Песня для вашего столика…

    
                    

 

          Новый проект НТВ, - Всероссийский конкурс ресторанных певцов, http://www.ntv.ru/peredacha/Pesnia_dlia_vashego_stolika/#txtpm4 , был призван изменить лицо современного шоу-бизнеса. Певцов, которые действительно вышли из народа. Ведь в ресторане зрителя не обманешь: он платит рублем и ему важно, чтобы артист спел «от души», сделал «как себе», уважил.

         Две недели после окончания конкурса я наведывался в инет по поисковой ссылке "песня для вашего столика" в надежде найти чат, где народ обсуждает состоявшееся шоу НТВ. Увы! Народ безмолвствует. По-видимому, народ настолько околдован "Новой волной" и "Субботним вечером", что не в состоянии оценить появление свежих голосов и не примелькавшихся лиц "кумиров" эстрады. Кстати, большинство из которых шагнуло на эстраду с ресторанных подмостков. Лариса Долина, Николай Носков, Лайма Вайкуле, Сергей Пенкин, Григорий Лепс, Наталья Подольская – этот список можно расширять до бесконечности, извлекая из далёкого прошлого и продолжая в будущем.

         Наиболее полную оценку прошедшего конкурса дают в коротком споре корреспонденты КП Артём Гусятинский и Павел Садков   htt  p://kp.ru/daily/25704/905516/.

         Мне лично конкурс понравился. Свежие голоса, новые лица, привлекательные своей человеческой простотой, запавшие в душу любимые песни. Не знаю, как у кого, а у меня каждая любимая песня связана с какой-то вехой в моей жизни, с памятью о каком-то человеке из моего прошлого. В течение нескольких пятничных вечеров, когда я смотрел это шоу на НТВ, из памяти сплывал вечер, проведённый в харьковском ресторане "Люкс" и мой приятель того времени Василий Дума. Вспоминались наши с ним гастроли в этом ресторане.

                                                                                                            

                                     Здесь был ресторан "Люкс"

          15 марта 1969 года мы с Василием решили пойти в баню. День был субботним, общепринятый банный день. Пошли во второй половине дня после сдачи очередного экзамена.  На самом деле, это был уже последний экзамен, венчавший четыре с половиной года учёбы. Далее четыре месяца на подготовку дипломного проекта, его защита и диплом о верхнем образовании в кармане! Само собой напрашивалось смыть трудовой пот, накопленный за годы учёбы, не столько засохший на коже, сколько пропитавший душу. Конечно, душу  отмыть следовало другим способом. Но оставалось несколько дней до получки, простите, получения денежного довольствия, и нам с Васей удалось наскрести по карманам порядка пяти рублей.

          Банька удалась на славу. Хорошенько пропарились купленным у банщика за полтинник берёзовым веничком, какие-то мужички подсели к нам с кружками пива,  распознав в нас, даже голых, офицеров. И завязали обычную в таком обществе беседу на тему "А вот когда я служил…".
           Остыв, вышли на уже тронутую весной харьковскую улицу, поднялись в горку до Пушкинской улицы и по ней прошли на центральную, Сумскую. Нам предстояло пройти по ней до нашего общежития порядка полутора километров, миновав с десяток соблазнительных мест.

           Повернув на Сумскую мы тормознули перед возникшим на нашем пути рестораном "Театральный". Переглянулись, без слов поняли друг друга, – не по карману. Кстати, а что у нас осталось после бани! На ходу пересчитали наличные, обшарив все 16 карманов. Три рубля с копейками. В принципе, это по сто граммов водочки да ещё и салатик на закуску, один на двоих. По братски. Закончив ревизию карманов, огляделись. На противоположной стороне улицы неоновыми огнями высвечивались три вывески. Украинский драматический театр им Т. Г. Шевченко, левее через улочку кинотеатр "Первый комсомольский", и ещё левее, прямо напротив нас, ресторан "Люкс". Мы бы с большим удовольствием посетили эти почтенные культурные заведения, но, к сожалению, уже опоздали на последний сеанс. А вот Ресторан "Люкс" работал, по-моему, дольше всех ресторанов Харькова. Аж до двух часов ночи. Но вот, только, хватит ли наших рублей, что бы войти туда? В театр и кино хватило бы. Не сговариваясь, перешли на противоположную сторону улицы и решительно открыли дверь ресторана. На наше удивление, швейцар не бросился на встречу с протянутой рукой и дежурным приветствием:"Местов нет!" Они с гардеробщиком, прервав свою беседу, уставились на нас со странными поощряющими улыбками: " Позвольте ваши плащики. И фуражечки!" Обнадёживающее начало!

        Сопровождаемые швейцаром прошли в зал, через предупредительно открытые им двери. В зале к нам заскользил профессиональной походкой метрдотель: "Мы рады вас снова видеть в нашем заведении. Только, пожалуйста, воздержитесь от пения. Наш оркестр прошлый раз был, простите, обижен!" Дело в том, что прошлый раз мы в этом ресторане отмечали присвоение звания "капитан" Лёне Янченко, который в отличие от нас, молодых да ранних, получил это звания к сорока годам. Лёню нельзя было назвать неудачником. Просто он настолько дорожил местом своей службы в городе Стрый на Украине, что постоянно отказывался от продвижения по службе. Апогеем его похвальбы местом проживании являлся рассказ, как он по утрам выходит в огород и отлавливает из ручья пару форелей на завтрак.

         Праздновали шумной весёлой компанией, расположившись за несколькими столиками на хорах. После первых тостов – в честь карьерного роста виновника торжества и за милых, ныне отсутствующих, дам – общество дружно попросило Василия Думу спеть. Вася любил и умел петь. И пел, по моему мнению, профессионально. Эта способность, возможно, была обусловлена родовыми корнями. Внешность Васи выдавала цыганское происхождение. Тонкое, отточенное лицо с лукавыми тёмными глазами и смуглым румянцем на скулах. Правда, смуглость Васи могла быть благоприобретённой. Он, как и я, служил в Казахстане. Я на ядерном полигоне, а он на ракетном в районе озера Балхаш.

          Долго уговаривать Василия не пришлось. Он спустился в зал, пошептался с руководителем оркестра, сунул в раструб его саксофона пятёрку и занял место у микрофона. Полилась задушевная украинская песня, за ней что-то патриотическое, ещё и ещё. К подиуму потянулись посетители с трёшками и заказами на любимые песни. Вася со смехом отмахнулся от предложений, переадресовав их ресторанной солистке, и вернулся к нам за стол.

          После очередной рюмки я предложил: "Давай, Вася, нашу казахстанскую!", и мы в пол голоса затянули: "Степь, да степь кругом…". Круг подпевал ширился, голоса крепчали, репертуар менялся от народных русских и украинских до патриотических и популярных эстрадных песен: "Опять от меня сбежала последняя электричка…".

          Возле нашего стола вырос метрдотель: "Товарищи, я уважаю ваше желание весело отдохнуть и, право, восхищаюсь вашим пением. Но другие гости тоже хотят отдыхать в соответствии со своим настроением. Да и оркестр, как бы, остался не у дел. А это чревато для их карманов. Прошу вас, отдыхайте молча. Мы все будем вам благодарны!". Наступила тишина, не свойственная кабакам. Я заглянул через ограждение балкона в зал и увидел неожиданную сцену. Часть посетителей, задрав головы, стояло под нашим балконом явно в ожидании продолжения концерта. Сидящие и жующие за столами тоже поглядывали в нашу сторону. Оркестр с солисткой сидели за служебными столиками и обречённо жевали салат над опустошёнными стопками. Моё появление на балконе вызвало в зале оживление и аплодисменты. Я помахал рукой, жестом дал понять, что я не заслуживаю благодарности, и вытащил на комплимент упиравшегося Василия. Увидев его, зал удвоил восторг.

          Та-а-к! Если нас запомнил метр, то наверняка в зале найдётся несколько завсегдатаев, которые потребуют продолжения концерта. Таким образом, сегодняшний вечер не обойдётся без сольного Васиного выступления. В ту минуту я не предполагал, что мне придётся составить ему дуэт. Одно дело орать песни за столом на хорах, а другое – перед публикой на сцене. Правда, у меня был опыт "сценической деятельности". Будучи секретарём комсомольского комитета части приходилось много времени отдавать организации художественной самодеятельности, а без личного участия в таком деле не обойтись. Приходилось играть в спектаклях, петь в хоре и даже в офицерском квартете. До сих пор помню: "Что тебе снится, крейсер "Аврора", в час, когда утро встаёт над Невой…". Нашему квартету удалось осилить эту чудесную, но сложную по вокалу песню.

         Метрдотель подвёл нас к столику у второй колонны в центре зала. Огляделись. С лева от нас ужинала компания из четырёх девушек. Было заметно, что девицы заинтересовались вновь прибывшими одинокими капитанами. Даже жевать перестали, повернув мордашки с закусью за щёчками в нашу сторону. Девушки приятные, по виду канцелярские работники или учителки  младших классов. Но не те канцелярские крысы, какими обычно представляют работников конторы, а особи вполне приличной упитанности, при всём при том, насколько это можно было оценить, взглянув на сидящих женщин.

          Приплыла официантка: " Добрый вечер, рада вас снова видеть в нашем зале. Слушаю!" и достала из кармана фартучка блокнот. " Милая…,-Люба, подсказала официантка,- милая Любушка! Спрячь свой блокнотик. Наши скромные финансовые возможности вынуждают нас полностью отдаться твоему вкусу". Вася выложил на стол три рублёвые бумажки и несколько монет разного достоинства: "Единственное наше желание – по сто грамм водки, холодненькой конечно!" "Минуточку!" пообещала Люба и упорхнула в кулисы.

          Конечно, не через минуту, а так, минут через пять, она вновь оказалась возле нашего стола с сервировочным столиком, полностью заставленным закусками. Посредине возвышался высотный дом на этикетке тронутой росой "Столичной" и несколько бутылок с пивом и минералкой. "Ребята, наш коллектив просит вас принять наше угощение. Может быть,  вам больше не придётся отдохнуть в такой обстановке. Проклятые китайцы норовят лишить нас спокойной жизни. Вся надежда на вас, наши воины!" Наши воины оторопели: "Чем обязаны?"- вертелось в голове.  Наконец-то дошло, что такое проявление гостеприимства по отношению к единственным в зале офицерам связано с внезапно возросшим уважением к военнослужащим, вызванным событиями на острове Даманском. Вчера, 14 марта 1969 года, состоялся второй этап выдворения китайских военнослужащих, сделавших попытку захвата территории в нашей пограничной зоне. Сообщалось о значительных потерях с нашей стороны, в том числе погибло несколько офицеров. Среди них полковник, начальник пограничного отряда. Эти события пробудили память у простого народа. Люди вспомнили уроки прошедшей Великой Отечественной войны и поняли действительный смысл формулы "Народ и армия едины", которая со временем стала обретать пропагандистский смысл, теряя жизненное начало.

          Мы поблагодарили официантку Любу и подошедшего к нашему столу с вопросом: "Всё так?", метра. Попросили его передать нашу благодарность всему персоналу.

          Наш стол приобрел соответствующий нашему социальному статусу вид. Разлили по-первой. Подняли рюмки в сторону наблюдавшего за нами метрдотеля, ещё раз тем самым выразив свою благодарность. Выпили, закусили, освободились от напряженности, вызванной неожиданной церемонией дароподношения.

         Вдруг возле нашего стола возникли две девушки  из-за соседнего столика. Мы с недоумением вскинули головы и не совсем приветливо спросили соседок: "Чем обязаны?". В ответ милое: " Приглашаем вас на дамский танец!". Все четверо рассмеялись. Мы хором спросили а они также хором ответили, как будто это было заранее отрепетировано. Совместный смех – быстрейший способ знакомства..

          Моей партнершей по танцу оказалась Галя. Высокая, плотная девица со штучно выработанными округлыми формами. Её большие тёмные глаза выдавали наличие в крови следов потомков из ближневосточной  Азии. В общем, как говорила моя бабушка, – "затурканная хохлушка". Васина партнёрша выглядела более элегантно, подстать ему. Стройная блондинка в тонких очках без оправы.

          Закончив танец мы пригласили девушек к своему столу обмыть знакомство. Они без церемонии прошли вперёд нас, по дороге захватив свои тарелки и бокалы. Также без церемонии приняли угощение водкой, хотя до этого, как я успел заметить, пили что-то розовенькое. На следующий танец приглашение поступило уже с нашей стороны.

          Возвратившись к столу после очередного танца, мы были опять приятно удивлены, обнаружив пополнение в виде бутылки шампанского и вазочки с кистью винограда. В ответ на наши жесты, выражающие благодарность, метрдотель поощрительно улыбнулся.

          Не успели разлить по бокалам шампанское, как наше застолье было прервано  Васиными поклонниками, как теперь называют, фанатами. Несколько молодых людей и девиц на перебой стали уговаривать Васю спеть, уверяя, что запомнили с прошлого раза и ходят в этот ресторан только в надежде снова услышать его исполнение. Конечно, перед такой лестью трудно было устоять. Кто-то из них уже договаривался с оркестром. Вася стал к микрофону и полилась теребящая душу украинская песня: "Нич така мисячна, зорена, ясная, выдно готь голкы збырай…". Народные песни, репертуар Марка Бернеса, Вадима Мулермана…. На некоторые номера, где требовалась поддержка второго голоса, Василий приглашал меня. Без скромности скажу, дуэт  у нас получался.

           Всё, солист выдохся. Это признали и слушатели, так как просьб спеть больше не последовало. Вернулись к своему столику в надежде в спокойной обстановке распить с девушками бутылку шампанского. Не тут то было. За нашим столиком уже сидели и две оставшиеся подружки наших партнёрш по танцам. Разлили на всех. И тут к нам с разных сторон подтянулись какие то люди с бокалами в руках. "Давайте на прощание вместе споём "Электричку", – была общая просьба. Ну, что же, Вася, давай "Электричку" на посошок!

          Зал опустел, оркестранты покинули свои места, вечер закончился. Последний вечер, когда я пел на публике. Потом, конечно, были междусобойчики с пьяным пением, но это уже не тот класс!

Пишу!

Вопрос дня: Песня

Which song gives you goosebumps? Good or bad-- tell us why.

Бухенвальдский набат!
Это кажется невероятным, но почти за
сорок лет жизни «Бухенвальдского набата» никогда не объявлялось имя
человека, сочинившего:
«Люди мира, на минуту встаньте!
Слушайте,
слушайте:
гудит со всех сторон.
Это раздается в Бухенвальде
колокольный звон...»
Но автор, конечно, был. И звали его Александр Соболев. Называя сегодня это
имя, мы, спустя почти тридцать лет, восстанавливаем справедливость.
 
http://fire-of-war.ru/p1020.htm