Гавриков Олег Константинович (ogolovok) wrote,
Гавриков Олег Константинович
ogolovok

Categories:

Настанет день, и с журавлиной стаей...



                                                                                                                  Памяти Эдуарда Хиля

    Утихают последние голоса, которые долгие годы исполнением любимых наших песен формировали наши души.Вечная им память!
    С творчеством Эдуарда Хиля связано несколько курьёзных случаев из моей жизни.
    В августе 1969 года после окончания учёбы в ХВВКИУ я возвращался на Полигон поездом с пересадкой в Новосибирске. В одном купе со мной ехала семья, как потом выяснилось при знакомстве, майора, начальника штаба авиационного полка дальних бомбардировщиков, базировавшегося на Чаганском аэродроме. Вообще-то земляки. Подумаешь, для казахских степей 50 километров! Это не расстояние. Если на работу приходилось ездить за 130 км., да там за день накатывать по 150.
    Виктор, имя майора, как и я ехал со свеженьким дипломом инженера по радиоэлектронике, как и я. Но получил его по соседству - в Военной академии радиоэлектроники войск ПВО. Сразу же возникли профессиональные обсуждения, вспомнили общих для наших вузов преподавателей, случаи из учёбных будней и гарнизонной жизни.
    Из его рассказов для меня было особо интересна тема несения боевого дежурства силами стратегической авиации. Он рассказал, что в его полку не только боевые машины, но и несколько самолётов высшего руководства государства. В том числе и знаменитый Ту-114, на котором Н.С.Хрущёв совершил демонстрационный перелёт в США на встречу с президентом Джоном Кенноди. Этот полёт развенчал миф о недосягаемости США нашими стратегическими средствами, веди Ту-114 был аналогом носителя ядерных боеприпасов Ту-95. Майор образно разрисовал интерьеры салонов этих машин, ванные и кинозалы. Посетовал, что вынужден держать на каждый самолёт по два полностью укомплектованных сменных экипажей, тогда, когда на боевые машины не хватает личного состава и лётчики, а особенно технический состав, вынуждены находиться в воздухе по несколько суток, совершая полёты через Северный полюс к берегам Америки.
   Сам бывший лётчик, списанный на штабную работу по состоянию здоровья, рассказал много интересного о своих встречах в воздухе с американскими лётчиками. Коллеги не только обменивались улыбками, но и подначивали друг друга по радио, делились планами на проведение отпусков, интересовались здоровьем членов семей и, что было совершенно не возможно, приглашали друг друга в гости! В общем, вели дружеские разговоры, которые на земле старались побыстрей стереть с звуковых дорожек "чёрных ящиков". Нагрузка на лётный состав была огромная. "Я, -рассказывал Виктор,- терпеть не могу табачный дым. Но когда после 18 часов без перекуров лётчики делали первые затяжки в помещении штаба, я не мог возразить!"
   Не надеясь получить ответ, я задал самый интересный для меня вопрос: имеются ли на борту при боевом патрулировании ядерное оружие. Нет, ответил майор. На такой риск не идут. При подготовке к полёту выполняются все операции  по транспортировке боевых частей из хранилищ, по стыковке и подвеске боекомплекта, но в полёт отправляется другой борт с муляжами, имеющими соответствующие весо-габаритные характеристики.
   Вы спросите: "Причём здесь Эдуард Хиль?". Причиной его незримого присутствия в купе стало возникшее неизвестно почему у жены Виктора Любы убеждение, что я являюсь её любимым певцом. Несмотря на мои разуверения и насмешки мужа, несмотря на наши профессиональные разговоры, она оставалась при своём мнении. Совершенно не понятно на чём основываясь. Я мог согласиться с похожестью, когда Рудольф Блинов называл меня Ширвинтом. Но я и Хиль? Ничего общего. Как по заказу, когда мы вышли на перрон новосибирского вокзала прервалась звучавшая из репродуктора песня "Лесорубы" и диктор сообщил, что ожидается прибытие известного певца Эдуарда Хиля на гастроли. Люба буквально запрыгала вокруг меня вместе со своей малолетней дочкой с возгласами:"Я же говорила! Я же говорила!" Успокоилась она только тогда, когда я вместе с ними взял билет до Семипалатинска в общий вагон Пятьсот-весёлого поезда. Других билетов на ближайшие сутки не было даже у военного коменданта станции.
    О втором случае мне напомнил эпизод из творчества Эдуарда Хиля, озвученный сегодня на ТВ "Россия 1". На одном из официальных банкетов Юрий Гагарин Попросил певца исполнить песню "Как хорошо быть генералом!" Когда Горовец запел, присутствующие на банкете генералы встали и вышли из зала. Разразился скандал. На защиту певца встал Гагарин, убеждавший Главное политуправление, что песня про итальянских генералов.
    Нечто подобное произошло и у нас, но с совершенно другим исходом. На банкете, посвященном присвоению начальнику 5 отдела 3 НИУ Юрию Павловичу Власенко звания полковник присутствовало трое генералов. Заместитель начальника Полигона Владимир Михайлович Барсуков, Заместитель по НИИР Борис Александрович Крыжов и начальник политотдела Михаил Иванович Жабин. Остальные гости - начальники управлений и отделов и среди них ваш автор, самый младший в звании капитан, но в то время находившийся в авторитете. Пришло время врезать песняка. Первым соло выступил генерал Жабин. Как и следует профессиональному революционеру, он задорно пропел свою любимую:"Две гитары, один бубен. Со шпаной гулять не будем! До утра под ёлками гуляем с комсомолками!" Эту частушку знали, наверное, все офицеры Полигона. Михаил Иванович часто неожиданно вливался в компании рыбаков на берегу Иртыша и его присутствие завершалось этим исполнением. Насколько возможно стройно присутствующие спели хором "Работа наша такая, забота наша простая..." и еще несколько подобных песен. И вот, кто-то за столом, по-моему будущий зам по науке Михаил Лифантьевич Шмаков предложил:"Давайте попросим присутствующих здесь генералов исполнить песню Эдуарда Хиля "Как хорошо быть генералом!"" Все горячо поддержали. Запевалой выступил Борис Александрович. Он вообще имел творческую натуру. Писал стихи и песни. Одна из них стала гимном полигона и навеки вошла в юбилейный фильм. Исполнение генеральского трио и примкнувшего к ним будущего генерала Шмакова произвело незабываемое впечатление!
   А Эдуард Хиль притом, что его песни "Лесорубы" и "Лунный камень" Аркадия Островского, "Песня о друге", "Голубые города" и "А люди уходят в море" Андрея Петрова постоянно были на устах ребят моего поколения. И у генералов тоже!
Tags: Вечная память!, Собственное мнение
Subscribe

  • Были когда-то и мы молодыми...

    Весточка из того времени Оказывается, я хорошо знал Люсю и уверенность в этом оправдалась. Прочитав в комментах лёгкие укоры от френдес в том,…

  • Ватники 1990

    Прочитал публикацию Галины Иванкиной, ако zina_korzina, которая мне напомнила забавный сюжет из совсем не весёлых девяностых годов. На станции…

  • Гримасы прогресса

    Как я укрощал МегаФон Переписка в FaceBook, далее обычным текстом, так как LJ не пропустил длиное сообщение. Егор…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments