Гавриков Олег Константинович (ogolovok) wrote,
Гавриков Олег Константинович
ogolovok

Categories:

Ветераны вспоминают. Аркадий Данилович Ильенко

      
                                    Воспоминания и размышления ядерного генерала 

    
 
      Генерал-лейтенант Ильенко Аркадий Данилович руководил   Семипалатинским ядерным полигоном ,  в период с 1981 по 1991 годы. Если бы в то время хотя бы малая толика того, что он поместил в свои воспоминания была известна офицерскому коллективу полигона, у многих из нас изменилось бы отношение к службе, да и сама служба могла бы пойти по иному пути.
      В своих воспоминаниях генерал выделил следующие разделы:
Начало жизненного пути
Первые шаги в офицерской службе
Первые впечатления о полигоне
Ядерные испытания
Работа на Невадском полигоне
Рассуждения о прошлом и настоящем
      В своём ЖЖ я буду публиковать часть из ниж, непосредственно относящиеся к Полигону, так как такой глубокой и всесторонней оценки   коллектива Полигона и его роли в укреплении обороноспособности Нашей Страны я не встречал.
      Для тех, кто желает полностью ознакомиться с воспоминаниями А.Д.Ильенко - пожалуйста:
http://www.4razvorot.ru/index.php?option=com_kunena&Itemid=28&func=view&catid=12&id=254

                                             Первые впечатления о полигоне
        О Семипалатинском ядерном полигоне я был осведомлен лишь по рассказам сослуживцев, которые также, о нем, где-то, что-то слышали. В то время, люди, допущенные к государственным секретам по своим обязанностям, в посторонние вопросы не вникали. Это было, даже опасно. Могли обвинить в сборе секретных сведений в пользу чужого государства. По этому информации было мало, но интерес был очень большой. И когда Маршал Бойчук Ефим Васильевич предложил мне должность начальника Семипалатинского полигона, я не раздумывал ни одной минуты и дал согласие.
      Мне был интересен тот объем работы, который я просто представлял, та значимость, проводимых на полигоне мероприятий в общей системе укрепления оборонного могущества нашей Родины, что я не мог поступить иначе.
Меня всегда интересовало что-то новое, я всегда стремился иметь больший объем работы, именно в этом я видел сущность карьеризма в его положительном понимании. Больше должность, значит больше работы, больше ответственности.
      На мое решение не могло повлиять и то, что руководство шестого управления 12 ГУ МО во главе с генерал-лейтенантом Зеленцовым, всякими доступными им методами, пытались помешать моему назначению. У них была своя кандидатура - генерал майор Шмаков, ранее длительное время работавший на полигоне. Пойти напрямую против воли Маршала Бойчука они не смели, и решили просто запугать меня предстоящей работой, и заставить отказаться от этой должности. За это Зеленцов впоследствии отомстил мне доступными ему методами. Он держал непосредственную связь с Министерством Среднего Машиностроения и помешал мне быть удостоенным звания Лауреат Государственной премии. Об этом мне стало известно от работника этого Министерства Иванова, ранее проходившего службу в 6 управлении под командой генерала Зеленцова, во время пребывания в США. Однажды, во время прогулки на стадионе, он спросил меня «Аркадий Данилович, какие у Вас отношения с Владимиром Ивановичем?». Я ответил, нормальные, какие только могут быть между начальником и подчиненным. Я всегда чувствую его доброе расположение ко мне, как к начальнику полигона. Иванов ответил, «непонятно, как только мы вносим предложение включить Вас в список на присвоение звания Лауреат Государственной премии, реакция Зеленцова всегда одна и та же, «Владимир Иванович этого не поймет». Пусть это остается на совести Сергея Александровича, он прошел путь от лейтенанта до генерал-лейтенанта в Главном управлении, иногда выезжая в краткосрочные командировки, и уверен, что ядерный щит создавался в кабинетах, но только не на полигонах. Имея доступ к таким вопросам, он не обидел себя ни званиями, ни орденами. Но вернемся к беседе в Главном управлении.
      Уважаемый мною генерал-лейтенант Осин Александр Антонович, главный инженер 12 ГУ МО, непосредственный начальник генерала Зеленцова, несколько часов рассказывал мне о полигоне, уделяя основное внимание трудностям в организации его работы. Трудностям в жизнеобеспечении его деятельности по всем направлениям. Состояние дорог плохое, котельные в аварийном состоянии, водоснабжение отдаленных площадок работает с перебоями, гостиничный комплекс в запущенном состоянии, дисциплина среди личного состава на низком уровне. Эта информация на мое решение не повлияла. Во время беседы я думал только о том, сколько предстоит работы, с чего начинать, на кого положиться. И в начале июля 1981 года, вопреки всем стараниям Зеленцова, в соответствии с приказом Министра обороны, я прибыл на полигон в должности начальника 2-го Государственного Центрального Научно-исследовательского испытательного полигона, войсковая часть 52605.

     Председателем комиссии по передаче дел и должности начальника полигона был генерал-лейтенант Белобородов Николай Константинович, первый заместитель начальника Главного управления, менял я генерал-майора Ступина Владимира Ивановича. Смена прошла быстро. На совещании руководящего состава полигона были заслушаны все заместители о положении дел на закрепленных за ними участках работы, строевые смотры и опрос личного состава на предмет наличия жалоб и заявлений в городе и на четырех отдельно расположенных территориях, где дислоцировались войсковые части, непосредственно обеспечивающие проведение испытаний. Уже на третий день, бывший командир улетел к новому месту службы, а я остался на полигоне один на один со своими мыслями, раздумьями и тревогами. Надо сказать, что первые впечатления были удручающие.
Семипалатинский полигон, это не артиллерийский и не танковый полигон с несколькими директрисами для проведения стрельб. Это огромное хозяйство, рассредоточенное на площади в 18,5 тысяч кв. км., со своими структурными подразделениями, обеспечивающими ядерные и другие виды испытаний, научную и исследовательскую деятельность. Это закрытый город с населением в 29 тысяч человек, со всеми службами, обеспечивающими его жизнеспособную деятельность. Школы, детские садики, медицинские учреждения, гостиницы, магазины, теплоцентрали, станции водоснабжения и водоотведения, работающие в сложнейших метеорологических условиях. Это четыре отдельные площадки (ГСС, Балапан, 10 и Ш) для проведения ядерных и других видов испытаний, находящиеся на удалении от 60 до 120км. Все это необходимо было держать под своим контролем, создавать условия для нормальной работы, направленной на проведение испытаний в строго установленные сроки, которые устанавливались совместными Постановлениями ЦК КПСС и Совета Министров СССР.
      Мне, сразу показалось и впоследствии подтвердилось, что со стороны Правительства страны и командования Вооруженных сил такому важнейшему научно-исследовательскому, испытательному комплексу должно уделяться более пристальное и заботливое внимание. Люди, выполняющие такие ответственные и опасные работы, заслуживают большего. Я не говорю о зарплате, которая почти ничем не отличалась от зарплаты общевойсковых офицеров, не говорю о том, что многие жили семьями в общежитии или не могли привести свои семьи, так как не было квартир. Это приводило к апатии к работе, пьянству, к распаду семей.
Неустроенность бросалась в глаза по многим другим бытовым вопросам. 
     Вышестоящим руководством страны и Вооруженных сил основное внимание уделялось испытательской деятельности полигона, в испытания вкладывались основные средства, и совершенно недостаточно уделялось внимания жизни и быту населения, в том числе и испытателей. Это было видно по состоянию жилищного фонда, магазинов, военных городков, дорог, автотранспорта, систем отопления, водоснабжения и канализации, особенно на отдаленных площадках.
     Оплата труда рабочих и служащих полигона не входила ни в какое сравнение с зарплатой в постоянных экспедициях, находящихся на полигоне от Министерства среднего машиностроения, Министерства общего машиностроения и других министерств и ведомств. Там она была значительно выше, это приводило к текучести кадров, а в конечном итоге сказывалось на состоянии обслуживаемых объектов.
      Таков был печальный вывод моих раздумий. Все это являлось следствием не пропорционального распределения средств при планировании испытаний на полигоне. В 12 ГУ МО за испытания и жизненно важные объекты, обеспечивающие испытания и бытовые условия на полигоне, отвечали разные структуры, и каждая из них тянула одеяло в свою сторону. Но так как за сроки и успех испытаний государство поощряло и строго спрашивало, то люди всегда оставались на втором плане.
      Министерство среднего машиностроения, шестое Управление 12 ГУ МО во главе с генерал-лейтенантом Зеленцовым составляли такую программу испытаний, которая пожирала основную массу выделяемых средств, а объекты социально-культурного и жизненного обеспечения переносились в титульном списке из года в год. И тогда, и в настоящее время в Министерстве обороны быту личного состава внимание уделялось по принципу: «военнослужащий должен стойко и решительно переносить все тяготы и лишения военной службы». Так было записано в Воинских уставах.
    
     Только благодаря самоотверженности, большому патриотизму наших людей, это не сказывалось на качестве проводимых испытаний. Причем, генерал Зеленцов неоднократно заявлял, что полигон проедает деньги, выделяемые на испытания. В Москве он проживал в элитном доме, и ему было совершенно безразлично в каких условиях живут испытатели полигона безвыездно по 20 и более лет.
Изучая более подробно все вопросы жизни и деятельности полигона, я понимал, как много необходимо сделать для улучшения работы полигона по его основной деятельности - улучшении качества организации и проведения испытаний. С этим непосредственно связаны вопросы жизни и быта испытателей, всего населения города, площадок, где непосредственно проводятся испытания. Необходимо было решать вопросы строительства хлебозавода, молокозавода, строительства домов, ремонт гостиниц, совершенствование системы водоснабжения в городе и на отдаленных площадках, ремонт и совершенствование систем теплоснабжения, строительства магазинов и дорог.
      В городе была советская власть и городской комитет партии, но суть решаемых ими вопросов была минимальной, так как бюджет города обеспечивал в основном только заработную плату этих структур. Когда они организовывались в закрытых городах, предусматривалось стремление освободить командиров, от решения не свойственных для их деятельности хозяйственных вопросов, и дать возможность сосредоточиться на решении основных задач.
      Но как часто было ранее, и бывает сейчас, когда создаются новые структуры, они только ставят вопросы, но не хотят и не могут их решать. Именно такими структурами на Семипалатинском полигоне были городской комитет партии и городской Совет народных депутатов трудящихся. В то время существовала система закрепления депутатских мест и мест в партийных структурах за определенными категориями. Командующий округом - депутат Верховного Совета СССР, Командующий Армией - депутат Верховного Совета союзной республики. В нашем городе начальник полигона, желаешь ты этого или нет, должен был быть членом Бюро горкома партии и депутатом городского совета. Такая система была и по линии гражданских структур. Первый секретарь обкома - депутат Верховного Совета СССР, председатель облисполкома - депутат Верховного Совета Союзной республики. Все приходило с креслом.
      В первой же беседе первый секретарь горкома партии Николай Михайлович Сафронов предложил мне, по заведенной традиции, стать депутатом горсовета и членом горкома партии. На мою просьбу освободить меня от этих почетных должностей в связи с большим объемом работы на новой должности, он старательно убеждал меня и как веский довод сказал, что с этим не согласится областной комитет Компартии Казахстана. Пришлось согласиться. Все это делалось для того, чтобы, через эти органы, партия имела возможность держать на крючке определенную категорию единоначальников, в том числе и армейских.
      Николай Михайлович был очень самолюбив, для него было очень важно, кто первым войдет в дверь. В этом я убедился буквально через год совместной нашей работы. Однажды прибыв из командировки в Москву, меня проинформировали, что первый секретарь горкома отправил жалобу Министру обороны и Начальнику Главного политического управления, о нарушениях партийных принципов коммунистом генералом Ильенко. «Отказывался избираться в городской Совет депутатов трудящихся, систематически опаздывает на заседания бюро горкома партии» и так далее. Все это было сфабриковано в мое отсутствие, и в нарушение Устава КПСС. На полигон прибыла большая комиссия из представителей ЦК КПСС и Вооруженных сил. Шло длительное разбирательство, которое завершилось совместной беседой у первого секретаря обкома Семипалатинской области. Во время этой беседы Кубашев Сагидулла Кубашевич (первый секретарь обкома) сказал: чем вы Николай Михайлович занимаетесь, нам неизвестно. Цемент, мясо, молоко, шерсть вы нам не даете. Один раз мы вас послушали за работу с комсомолом и ничего конкретного от вас не услышали. Будь на вашем месте, я бюро без Аркадия Даниловича вообще не проводил. Кто и как будет выполнять эти решения, если все силы и средства находятся в его распоряжении. Но с этим всем я встретился позже.
       А сейчас в решении всех насущных вопросов жизни и деятельности Семипалатинского полигона мне оставалось надеяться только на себя и своих подчиненных.

     Не умаляя роли всех звеньев большого коллектива полигона, особо хочу отметить роль заместителей начальника полигона в моем становлении. Все они были разные, каждый по-своему принял смену командира, но менять их я не собирался. Это был мой принцип в работе, придя на новое место службы, я ни когда не менял заместителей, и этот принцип ни когда меня не подводил. Я всегда, на первых порах, на новом месте, по многим вопросам учился работать у своих заместителей.
      Заместитель начальника полигона по научно-исследовательской и испытательской работе полковник Малунов Альберт Владимирович, позже, с моей подачи, генерал-майор, обладал большими организаторскими способностями, высокой требовательностью, умелым подходом к научному потенциалу, прибывавшему на полигон для испытаний со всех концов Советского союза. Он вырос на полигоне от лейтенанта до генерал-майора, знал все тонкости и специфику его деятельности и ему легко было работать, а для меня все эти вопросы были совершенно новыми.
      Заместитель начальника полигона генерал-майор Барсуков Владимир Михайлович. Участник ВОВ, награжденный многими боевыми наградами. Начал свою службу на полигоне с первого кола в строительных частях капитаном. С началом испытаний был зачислен в кадры войсковой части 52605, дослужился в ней на различных должностях до генерала, заместителя начальника полигона. Был удостоен звания «Почетный гражданин г. Курчатова» Очень много сделал для укрепления связей с местными партийными и советскими органами Павлодарской и Семипалатинской областей, поднятия роли и значения полигона в глазах окружающего населения, уважительного отношения к работникам полигона с их стороны
      Заместитель начальника полигона, начальник политического отдела полковник, затем генерал-майор Галинов Виктор Михайлович, образец комиссара, действительно ближайший помощник командира в любой обстановке. Это лучший из лучших политработников, которые встречались на моем длинном служебном пути. Он всегда знал свое место, умел работать с людьми, выделить в своей работе основное направление и, самое главное, не пытался учить командира, как это пытались делать многие начальники политотделов по указаниям вышестоящих партийных органов. В таких частях, как правило, порядка не было. После увольнения из Вооруженных сил проживал в Москве и трагически погиб под колесами машины одной из представительниц владельцев мерседесов, которые считают себя недоступными ни какому правосудию.
На его место прибыл полковник Солдатов Геннадий Петрович, которого я знал по прежнему месту службы и согласился на его назначение в надежде, что он просто не будет мешать мне в работе. Он стал генералом, работали мы дружно, но на последнем этапе борьбы за выживание полигона он дрогнул и начал искать других покровителей.
      Начальник штаба полигона полковник Шидловский Герман Григорьевич, впоследствии генерал-майор. Исключительной душевности человек; культурный, вежливый, добропорядочный, работоспособный. Отличный испытатель, но не нашедший себя в должности начальника штаба. Для начальника штаба необходим более твердый характер. После перевода генерал-майора Малунова в город Ленинград, он занял должность заместителя по НИИР и успешно руководил организацией и проведением всех видов испытаний, проводимых на полигоне.
      На его место, на должность начальника штаба полигона прибыл полковник Черноусов Юрий Васильевич, получивший в дальнейшем на этой должности высокое звание генерал-майор. Стройный, подтянутый, добросовестный, настоящая военная косточка. В начале нашей совместной работы, мне казалось, что для этой должности он слишком медлителен, медленно вникает в суть дела. Впоследствии я понял, что у нас просто разные характеры. Изучив друг друга, в дальнейшем мы работали дружно, слаженно, понимая друг друга с полуслова. Юрий Васильевич был очень ответственен, работоспособен, отдавал всего себя службе, работе. Всем казалось, что он вообще дома не бывает. Штаб, это его родной дом.
После ухода на пенсию генерал-майора Барсукова Владимира Михайловича, на должность заместителя начальника полигона, после окончания академии Генерального штаба, прибыл подполковник Бойчук Геннадий Ефимович. Не смотря на высокое положение своего отца, он умел быть подчиненным корректным, добросовестным и исполнительным. Он часто использовался мною в качестве «подушки безопасности» в предстоящем неприятном разговоре с Маршалом. Работал старательно, дослужился до генерала и был назначен на должность командира одной из войсковых частей 12 ГУ МО.
     После ухода генерала Бойчука Геннадия Ефимовича, на его место прибыл полковник Парфенов Игорь Евгеньевич. Он прошел хорошую школу работы с личным составом в РВСН на различных должностях, работал в должности заместителя уверенно. Основным его недостатком было то, что он с первого дня, по прибытии на полигон, видел себя на месте начальника полигона. В этом направлении им проводилась огромная работа. Заводил различные знакомства, разыскивал друзей своего отца, работавшего ранее начальником Главного управления специального строительства. Израсходовав все доступные методы, он решил поискать помощи у местных органов власти, в частности у председателя городского совета Чайковского, чем окончательно зачеркнул возможность дальнейшего продвижения по службе.
     Заместителем начальника полигона, начальником тыла полигона был полковник Донцов Михаил Иванович. Человек исключительных организаторских способностей, умело руководивший своей многоотраслевой службой. Сгусток энергии, завидная работоспособность, умение сплотить вокруг себя любой коллектив подчиненных. С него был бы отличный начальник штаба полигона, но осуществить эту идею мне не удалось. Помешали начальник политического отдела Генерал майор Галинов и начальник особого отдела полковник Белоглазов. Позже сын Михаила Ивановича женился на дочери Белоглазова, но было поздно, «поезд ушел». Вот так иногда складывается судьба людей по независящим от них причинам. Но об этих его качествах я узнал значительно позже и при довольно неожиданных обстоятельствах. При докладе о положении дел, в первый день моего пребывания на полигоне, полковник Донцов доложил, что коэффициент боевой готовности автотранспорта составляет 0,95. Это очень высокий показатель. Позже он признался мне, что просто не хотел подводить своего бывшего командира.
      Я всегда имел склонность, для изучения того или иного вопроса, приезжать в намеченное место внезапно. Посещая дважды автопарк автомобильного батальона, я не мог попасть в один из гаражей, дежурный по парку всегда докладывал, что ключи находятся у командира роты. Приехав в третий раз, и получив такой ответ, я приказал открыть ворота с помощью дежурного тягача. Зайдя в сооружение, я увидел ужасную картину. Гараж был забит разграбленными новыми автомобилями «Камаз», на спидометрах каждого из которых было не более 8000 км. Вызвав Михаила Ивановича и указав на автомобили, я сказал ему: «Вы меня обманули, но садиться в тюрьму вместе с Вами, я не собираюсь». В этот же день я позвонил начальнику автомобильной службы Главного управления, полковнику Болятко и, высказав ему свои претензии, как члену комиссии по передаче дел и должности начальника полигона, предупредил, что я должен об этом доложить Начальнику Главного управления. Прекрасно понимая реакцию Маршала, он просил не докладывать и обещал помощь с продажей автомобилей в народное хозяйство, а на их место поставить другую новую автомобильную технику. Для меня это был выход из создавшегося положения, плюс ко всему, я приобретал своего сторонника в Главном управлении и согласился с его предложением. Вопрос продажи автомобилей «Камаз», находящихся в таком техническом состоянии, мог решить только такой энергичный, находчивый, умеющий заводить знакомства и на этой основе решать практические вопросы, человек, как Михаил Иванович. Именно при решении этой задачи проявились все те его качества, о которых я писал выше. Он был очень доволен тем, что я после всей этой истории доверял ему и старался это доверие оправдывать.
      Помощник начальника полигона по строительству и расквартированию, полковник Калмыков Николай Владимирович. Отличник строительства, проектант, архитектор, прекрасный организатор. Все совмещалось в одном человеке. Прекрасный организатор, настойчив в достижении поставленной перед собой цели, умело находил общий язык с людьми любого ранга и положения.
Именно его заслугой является строительство в нашем городе хлебозавода производительностью сорок тонн хлеба и полторы тонны хлебобулочных изделий в сутки, возведение молокозавода, который обеспечивал полностью наш город молочной продукцией, в том числе и мороженым. Этого наши дети ждали более тридцати пяти лет. Работал молокозавод на сырье нашего военного совхоза и привозном из соседних совхозов.
    Благодаря настойчивости и упорства полковника Калмыкова, на полигоне было закончено строительство дорог, введена в строй дорога Конечная-Чаган, проведена вторая нитка водовода на удаленные площадки, чем обеспечено их бесперебойное снабжение водой. Спроектированы и построены прекрасные магазины «Октябрь» и книжный, быстрыми темпами шло строительство жилых домов, успешно решались вопросы подготовки объектов к испытаниям. В настоящее время Николай Владимирович живет и работает в С-Петербурге, занимается бизнесом, такой же неугомонный, энергичен и очень ценит нашу совместную службу. Считаю его самим бескорыстным, отзывчивым и порядочным человеком.
      С такими ближайшими помощниками мне легко было освоить большое хозяйство полигона и успешно руководить им более десяти лет.
      Особая роль в сложнейшей деятельности полигона отводилась заместителю по научно исследовательской и испытательской деятельности полигона генерал-майору Малунову Альберту Владимировичу. В последующем его заменил Шидловский Герман Григорьевич, а на последнем этапе Сафонов Федор Федорович. Самой значимой фигурой, безусловно, был генерал Малунов. Его хорошо известная всем испытателям фраза «беру управление на себя», в самой сложной обстановке, всегда вселяла уверенность в благополучном выходе из создавшейся серьезной ситуации.
      Научная и испытательская деятельность полигона очень сложная, многогранная и разнообразная. Велась большая научная работа под руководством научного совета, председателем которого по положению являлся начальник полигона. Уделялось большое внимание росту научных кадров. Это требовало от руководителей всех уровней широкого кругозора, глубоких теоретических знаний и высочайшей ответственности за исполнение своих должностных обязанностей. В год моего прибытия на полигоне было три кандидата наук, в 1991 году, когда я передавал полигон новому командиру, их было больше сорока.
      Очень жаль, что уже нет в живых Михаила Ивановича Донцова, Федора Федорович Сафонова, Юрия Васильевича Черноусова и многих других товарищей, с которыми пришлось мне работать более десяти лет, переносить все трудности и радости в нашей совместной деятельности по обеспечению безопасности нашего огромного государства. И сейчас, самой дорогой частью воспоминаний, о том незабываемом времени, является общение со своими бывшими сослуживцами в «одноклассниках».
 
  
    
Tags: Ветераны вспоминают, Замечательные люди, История полигона
Subscribe

  • Курчатов - Семипалатинск-21

    Не с личка пить... Однако! Старость - это тогда, когда живёшь в прошлом. Конечно, ты здесь и сейчас, но все твои замыслы и помыслы, все…

  • Комментарии друзей

    Привет из 29 корпуса Ничего нет трогательней получить весточку от человека схожей с твоей профессией, может быть сейчас смотрящий через…

  • Сделано в СССР

    Бритва Ещё не решил кому высказать своё "Фе" - авторам фильма или его участнику Владимиру Винокуру за безалаберное искажение…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments