July 6th, 2014

Это я

Вот моя деревня

                                  Ноутбук  с печкой
 
      Так у нас в деревне говорили о неудачниках: беда за бедой - купил быка, а тот с ..., или - когда не везёт, так и на родной сестре схватишь...
      Вот и у меня - только собрался возобновить свои литературные изыскания, воодушевлённый комментариями друзей к крайнему посту, как задурил компьютер. Стал жить у меня в доме, на моём столе своей жизнью. То отказывается видеть системный диск, то оба диска сразу, то ему почему-то в лом работать с проверенной и надёжной хорошо знакомым Windows-XP3. Заглянул ему в нутро - а там пыль настолько изменила контуры компонентов, что не сразу признал какие жёсткие диски в нём установлены и сколько модулей памяти. Это последствия только что законченных строительных работ. Выдернул я из компьютера внешние провода и выбил пыль об угол избы, пусть знает, кто в избе хозяин! Взамен ему достал из заначки почти новенький, только слегка залапанный внучкой ноутбук "Packard bell" и в свободное от отдыха время приступил к его освоению. Больно всё изящно на нём. Не для моих натруженных пальцев, да и клавишу Del кудато в верхний угол загнали. Но это не самое неприятное. Никак не могу найти общий язык с Windows-8, но придётся договориться - любимая XPшка лишилась поддержки Microsoft. Если вам удастся прочитать этот пост, то значит мне удалось укротить ноутбук и мы с вами будем чаще встречаться.
      Будем считать этот пост пробным. Предупреждаю, что он не о том, как я укрощал велосипед ноутбук, а о том, как под давлением жены Ирины Павловны организовал важную для сельского жителя операцию - строительство новой печки.
       Всё, что меня окружает на нашем садовом участке создано моими руками, включая двухэтажный дом с подвалом, превышающий по площади вдвое московскую квартиру. Даже оконные и дверные рамы вязал сам. А вот строить печь не брался. Смог бы, конечно, но помня анекдот: —.. папа тоже смог бы, да бык лучше..., — решил это дело поручить специалистам.
       Специалистов обнаружил агентурным поиском. Наша активистка Маша, держащая в памяти все события с двух садовых товариществах, сообщила, что у Козловых таджики сложили великолепную печь почти даром - за шестьдесят тысяч рублей. Дала мне визитную карточку бугра этой бригады, носившего русское имя Виктор.
      На мой звонок Виктор отозвался мгновенно. Я думал, как у нас принято, получу ещё ефрейторский зазор на недельку - другую, но на следующее утро у моей калитки остановился раскрашенный фургончик с броской надписью "Печи, камины, барбекю".             Шустрый мужичёк славянской внешности, который пообещал скидку на стоимость работ нам, как пенсионерам, что ему до пенсии осталось два года, в течение трёх минут оценил объём работ и выставил цену - сто десять тысяч рублей. То есть, далеко не ту цену, которую назвала Маша. Эта цена нас не удивила, так как, спасибо интернету, приценились заранее.
        На следующее утро из уже знакомого фургона выскочили три восточных человека, которых Виктор представил своими специалистами. Старшим у них он назначил самого молодого, свободно владеющего русским языком, назвавшегося Аликом. На мой вопрос о владении русским языком Алик сообщил, что в школе у них было три часа русского языка в неделю, но опыт общения на нём он получил от отца, который служил в Ташкенте.
Через десять минут, переодевшись, мои работники уже были на крыше и с неё полетели вниз кирпичи, которые недавно были трубой.
И так, моя печь, которая в течение более двадцати лет согревала меня в холодные и мокрые вечера осени и ранней весны, которая была для меня живым существом, духом тепла и уюта, недаром её центром являлась "духовка", приказала долго жить. К концу рабочего дня на мести печки осталась бетонная площадка, тщательно вычищенная и пропылесосенная работниками.
        Утром второго дня к моему участку кроме уже знакомого фургончика подъехали грузовик с кирпичом и подъёмный кран для его разгрузки. Качество кирпича бросалось в глаза. Абсолютно гладкие поверхности, без единой трещинки. Это не тот кирпич, который я добывал на очаковском кирпичном заводе двадцать шесть лет назад и который уже при разгрузке на треть превратился в обломки. Да, в Белоруссии умеют делать отменный кирпич. Возникает вопрос, а почему у нас не получается даже такое, отработанное тысячелетиями, производство? Обидно, что из всех древнейших профессий у нас сохранилась и процветает лишь одна.
       Закипела работа. Алик, как мэтр, занимался кладкой. Один из его подручный шлифовальной машиной обрезал и округлял угловые кирпичи, второй подручный подносил их мэтру, готовил раствор и по ходу решал другие простейшие вопросы.
Работой Алика я залюбовался. Она больше походила на творчество скульптора. Уложив ряд, он отходил в сторону и, подперев подбородок рукой, обдумывал свои дальнейшие действия. Работу мастера можно наблюдать бесконечно, как игру огня и волнение воды.
      В обещанный недельный срок печь была возведена. Вечером пятницы приехал Виктор, осмотрел произведение искусства своей бригада, сделал закладку щепок и убедился сам и убедил меня в наличие тяги. Проинструктировав хозяев как вводить печь в эксплуатацию, он пообещал годичный гарантийный срок , забрал вторую половину оплаты работ, пожелав уюта и тепла, удалился.
       Это первый случай, когда на моих глазах наёмные работники работали в моём доме. И, что греха таить, мне понравилось. Как говорит моя жена, лучше оплатить чужой труд, чем своё лечение.
       На фотографиях моя старая печь, которая от старости готова была развалиться, и новая, которую ещё предстоит обжить.